О месте чувства сатанизма на пути эволюции человека

"Дикой тьмой окутан последний верный путь спасения!"

Вагнер.⁶⁴³

Грань, отмежевывающая начало человеческого мира в бесконечной цепи эволюции существ живых, утверждается прежде всего появлением простора и многогранности в чувствах, переживаниях и возможностях действия начала духовного. Выработка отдельных возможных эмоций, подготовка потенциальных возможностей их осуществления - заканчиваются; впервые раскрывается свободное поле созданию синтеза, завершение которого и составляет цель многотрудного и многосложного человеческого странствования. Первые этапы человеческой жизни, - это время полного равновесия всех созданных предыдущим опытом потенциальных возможностей, это время тишины и покоя, ибо ни одна сторона существа человеческого не возвышается над другими, не давит их и не парализует возможностей их свободного, активного, вполне независимого развития. Мертвая тишина стоит в душе такого человека, все в нем спокойно, нет бурь душевных, нет переживаний могучих, нет тщетной надежды, нет сладострастия победы, нет и жуткой боли разочарования. Он спит и спит без сна, спокойно и ровно текут его дни, и строгой чередой он совершает, как бы в дремоте, поступки, спокойно беря лишь то, что может дойти до спящего сознания. Его душа раскрыта; все, что встретит он, свободно и легко в нем отзвук свой находит, он может радоваться, может и страдать, но в быстрой смене впечатлений - одни с быстротой сказочной тонут без следа в других. Сменяются встречи, сменяются и настроения; всякое движение во вне его тотчас колеблет, и в это время кажется ему, что вся душа его до дна волнению внешнему ответствует; но чуть другое набежит волнение, былое тонет без следа, новое всецело им овладевает, чтобы вновь смениться новым, - и так все время без конца. Внутренний мир еще пуст, в нем что-то таится, это чувствует сам он, но лишь смутная жуть в нем рождается, когда голос томленья доходит до духовного слуха; он боится его, он чувствует скорбь, грусть непонятную, чувствует какую-то бездну, а потому стремится его затушить. Но стоит только прекратиться жизненному шуму, как тотчас им овладевает скука слепая, давящая; тяжесть скуки этой есть первый показатель, что начальный период жизни человека уже окончен.

Дотоле человек только спал. Полуживотное состояние - автоматическая жизнь всецело владела им, и его тянуло к ней, благодаря боязни, что новое покой его нарушит. В начале шум ее скользил лишь по нему, его не задевая, но затем он начинал к нему все больше привыкать, и под конец он сознавал, что былое кончилось. Человек начинает входить в жизнь и, оглядываясь порой назад, он оказывался уже сам не в состоянии понять себя таким, каким был он перед этим. Он начинает понимать, что всякое волнение есть потребность неотъемлемая для него, что без него лишь пустота его обхватывает, а потому он сознательно решается всецело погрузиться в вихрь неустанных переживаний.

И вот начинается вторая эра развития. Человек всецело отождествляет себя с внешней жизнью Он пускает себя в ее водоворот и сразу чувствует, что в этом-то и состоит его призвание. Созидая себе цели в бесконечной цепи одни за другими, он начинает стремиться к ним всей мощью своего существа. Каждую минуту он наполняет кипучей деятельностью; достигая одних этапов, он ставит перед собой следующие, откуда перед ним раскрываются новые цели и так без конца.

"Люди постоянно и без всякого сомнения убеждаются, что преходящее их удовлетворить не может".

Шри Шанкарачарья.

Нет работы, нет стремлений, которые бы в конце концов не приводили к собственному отрицанию. Всякий успех, как невелик бы он ни был, сладостен лишь одно недолгое мгновение. Всякая победа таит в себе самой разочарование. Отдавшись всецело кипучей деятельности и достигая одних успехов за другими, человек тем самым испытывает и горечь разочарования, но тотчас же ставит себе новую цель, которая как бы откладывает на время развязку. Чем дальше достигает он новых успехов, чем больше растет его опыт и знание, тем все более чуток становится он к жуткому голосу сомнения; он перестает радоваться целиком своей победе, перестает грустить до дна, когда постигает его неудача. И это есть начало третьей эры.

В человеке рождается тоска. Это жуткое, неуловимое, несознательное, невыразимое, но стихийно мощное, непобедимое чувство сразу опутывает человека и отрывает его от внешнего мира; оно сковывает его волю и разум, стремления и чувства и направляет их куда-то внутрь, и как из бездны восстают в своем величии грозном, жутком, сомнения во всем. Мир гаснет, и в трепетном томлении человек впервые становится к лицу с самим собой. Ужас леденящий, скорбь беспричинная бездонная все побеждают, и бедное человеческое сердце рвется на части, томлением терзаясь понять причину того, что с ним происходит. Человек ищет, он оглядывается по сторонам, с быстротой молниеносной освещая свой предыдущий опыт. Пред взором предстают его дела былые, мелькают лица, повторно он слышит их слова, он вспоминает мысли их и деяния, и вот вдруг вновь над прошлым наступает ночь.. Его сознание снова в настоящем, оно терзается опять, опять стремится, силясь где-нибудь найти опору, и в хороводе суетном вновь все в хаосе тут мелькает. В человеке рождается ужас, он чувствует, что какое-то равновесие нарушилось, какие-то преграды пали и, замкнутый в себе самом, он мечется в своем составе, томясь и страждя, ища чего-то и вновь теряясь в суете...

Рано или поздно этому наступает конец, и вдруг, без видимой причины, весь тот хаос проваливается куда-то внутрь Человек становится самим собой, как будто какая-то невидимая сила, нежданно вызвав ураган страстей, тоски и боли, вновь все вернула в порядке полном; не поняв того, что было с ним, вновь переходит человек к своей всегдашней жизни; он радостен, лишь кошмаром беспричинным тут кажется ему былое. Проходит время, и снова под действием неведомой руки рождается тоска, и снова страждет человек, вновь изнывает в боли, доколе не придет ее конец, чтобы отдохнуть немного до нового страдного приступа. Но эта грозная тоска рано или поздно перевертывает все сознание человека. Он начинает понимать, что ее явления обязаны не случаю печальному, а что грозная сила властвует всецело над его душевной деятельностью и предначертывает путь его жизни. Он долго не понимает ее, но в его душе рождается уже вполне сознательное чувство недовольства окружающей обстановкой, он начинает глубже всматриваться, тоньше анализировать, более чутко прислушиваться к тем людям и их деяниям, с которыми сталкивает его судьба. И здесь впервые в человеке рождается сначала чуть теплящийся, но затем все быстро увеличивающий свою мощь голос, который с ясной непреложной настойчивостью твердит ему, что у него есть какая-то иная цель, иное назначение. Чувство стадности начинает падать; он понимает, что он сам и те люди, которые вокруг него, отделены пропастью бездонной, что все стремления и деяния людские образуют заколдованный круг, в котором человечество мечется и неустанным трудом, в кровавом поту, кует само себе свои собственные цепи. И вот в нем рождается протест Он начинает тяготиться несправедливостью судьбы, он начинает бороться, начинает проповедовать свои мысли, начинает стремиться передать свои переживания, но тотчас же убеждается, что люди его не понимают. Наступает четвертая эра сознательной грусти, тоски мировой и полного одиночества.

Одиночество есть страдная пора жизни человека, на пути которой в горниле тяжких, испытаний впервые начинает вырабатываться сознание духа. Чувство самостоятельности, ясное и отчетливое сознание независимости и полной субстанциональности своего бытия естественно приводят к постоянной самооценке и самоконтролю во всех поступках и действиях. Духовное самосознание есть первый показатель развитости человеческого существа, а его высшая форма есть конечная цель всех усилий. Чувство одиночества страшна, порой нестерпимо тягостно, но каждый человек через него должен пройти, ибо только в глубинах этого чувства он может найти свою связь с миром внешним, только через него он может проникнуться мировой гармонией единства.

"Когда Маг решается порвать свои светские связи, это значит, что для него толпа есть пустыня, состоящая из множества, и что он предпочитает жить в общении со святыми, или подняться в апофеозе духа до высочайшего состояния небесного всеведения в Боге, что прекрасно известно в Индии под именем нирваны, названием, столь же осуждаемым Западом, сколь и непонятным ему. Среднего положения не существует: можно удалиться от человечества только для того, чтобы жить с Богом, или - с сатаною. Древние мудрецы говорили, что в уединении человек закаляется и отныне твердо становится на свою дорогу, прямую или извилистую, одним словом делается духом Света или тьмы. Нет ничего более истинного! Действительно, в уединении человек живет лицом к лицу со своей Кармой. Тайная атмосфера, которую еще не нейтрализовало, не опошлило и не притупило постоянное насыщение своими прихотями, такая атмосфера, несомненно, восприимчивее к какому-то ни было слову, и малейшая мысль, малейшее желание, малейшее движение воли, напитываясь субстанцией Аора, развиваются в ней и проявляются с поразительной интенсивностью. Такие потенциальные существа, рождаемые изо дня в день, соответственно капризам мысли и стремлениям человека, под конец оказывают на своего творца внутреннее влияние, о котором он даже и не подозревает, ибо чаще всего он бывает опытен только в обыденной и светской жизни. Таким образом, в течение нормального существования постоянный обмен флюидов, идей и желаний вызывает изменения личности этого человека, колебания в его поступках и нерешительность в его мыслях. А между тем, в уединении, человек не подвергается ни малейшему внешнему влиянию, его собственная мысль всегда возвращается к самой себе, отдыхает, довольная собой, и с упоением о чем-нибудь размышляет, - поэтому отшельник непоколебимо намечает свой путь в том направлении, куда увлекают его привычные мысли".

Станислав де Гуайта.⁶⁴⁴

Таким образом, пора одиночества есть прежде всего реализация стремления быть свободным и независимым от окружающих людей и обстановки. Полная от них изолированность есть единственно верный способ избегнуть их влияния, ибо какова бы ни была жизнь человека, все равно достаточно наличия малейшей связи с внешним миром, чтобы его суета и беспорядочность нарушили покой и независимость внутренней жизни искателя Истины. На этом пути он прежде всего должен быть свободным, не преклоняться ни перед какими фетишами, не верить каким-либо авторитетам. Всякое стеснение или принуждение в каком бы то ни было направлении неминуемо влечет за собой противоположную реакцию, не только парализующую внешние действия, но и подчас уничтожающую возможность свершения того, что бы человек сам предпринял под влиянием своей собственной независимой воли. Свобода есть гармония с Реальностью, а потому чем более человек чувствует духом своим Реальность, тем более он делается свободным. 

Георгий Владимирович

Утром на перекрёстке дорог в деревне Долгобжи стоял солдат из ближней воинской части. Автомат и штык-нож висели у него где положено. Это ладно, — но зачем-то и сапёрная лопатка торчала сзади из-под ватника.

Возле автобусной будки с утра стали занимать очередь к приезду автолавки. Солдат тоже подходил, садился. Сумасшедшая старая цыганка Ольга попросила, по своему обычаю, закурить, но у солдата не нашлось, и он сам попросил закурить у проходившей мимо молодёжи призывного возраста. Накрапывал дождик.

Одна старуха предложила солдату молодой моркови, которую выдернула случайно, когда полола огород. Солдат отказался.

Позже проезжали военные машины. В кабине кто-то твердил позывные по рации. Солдат сменился: вместо плюгавого появился на перекрёстке лихой «дед» в пилотке на самом затылке и сапогах в полусмятку. Поговорили и с ним. Ему оставалось всего три месяца до осени. Сам из Ленинграда.

Георгий Владимирович был нелюбопытен, но и он вскоре услыхал, что с валдайской зоны сбежало вчера семь заключённых. Трое прячутся где-то вблизи Долгобжей.

«Как же! — подумал тогда Георгий Владимирович злорадно. — Лови ветер в поле! За сутки-то что стоит добраться отсюда до Ленинграда или до Москвы? Два часа до Бологого стопом, а там на любой проходящий поезд без билета. Это надо быть дураком, чтобы прятаться тут, где каждый на виду, а не ехать прочь сразу же, когда ещё не хватились».

Потом он подумал: «Однако когда бегут, то первым делом меняют одежду… Вот так пойдёшь в лес, а тебя подстерегут и разденут. Конечно, я только приветствую это дело… Но при такой погоде…»

Накрапывал дождик.

На краю дороги, ведущей к воинской части, высился столб с табличкой: «Валдайское охотничье хозяйство. Охота без путёвок запрещена». Цыганка Ольга, не умевшая читать, думала, что здесь находится могила, где зарыты её сыновья — Боша и Миша. Поэтому она днями сидела у дороги под этим столбом, примяв крапиву и лопухи вокруг юбки. На самом деле Боша и Миша были живы, только они давно сидели, потому что никак не хотели работать. Это узнали от цыганкиной дочки, приехавшей на лето собирать травы.

Проходя мимо, Георгий Владимирович прислушался к бормотанью цыганки и неожиданно разобрал смысл. Она рассказывала себе самой, как вчера или позавчера ходила в лес — куда-то на болото — и встретила медведя. А может быть, ей это приснилось или всю жизнь снится время от времени. «Лежит, как корова… А пахнет медведем», — сказала она и потом ещё повторила несколько раз удивлённо: «А пахнет медведем».

Георгий Владимирович пошёл в лес. Всё-таки ему было страшновато. «Могут не только раздеть, но и убить, чтобы не оставлять свидетеля, — думал он. — В бегах человек превращается в безжалостного, расчётливого зверя… Да и нападут внезапно, без всяких этих «дядя, как пройти на Ново-Троицы?» Как в короткую секунду можно дать понять, что я не донесу? Главное — сразу же не показать ни тени страха, а только твёрдую доброжелательность…»

«Да вы что, друзья, — начал он понемногу репетировать и долго так прикидывал на разные лады. — Стану я связываться с ментами!.. Плевать я на них хотел… Чтобы я облегчал им работу?.. Чтобы какой-нибудь хрен схватил лишнюю звёздочку?.. Да пусть они землю носами роют, я только посмеюсь… А вы давайте чешите с Богом… Нет, с Богом надо сразу. Не ёрничать, а то фальшиво (а значит, и подозрительно!)… Вот так: ваше дело: не хотите — не верьте, а я доносить не собираюсь: сроду этого не делал. А вам меня убивать — тоже лишний грех брать на душу. С Богом переодевайтесь и идите. Я вам зла никакого не желаю. Только вы больше никого не трогайте, и Господь вам поможет…»

«Хорош — старец блаженный!» — поморщился тогда Георгий Владимирович и, очнувшись посреди этих недоумённых раздумий, увидел, что успел зайти очень далеко, в какую-то совсем дикую чащу. Лысый, тоненький ельник, голубой мох, липкая паутина, громадные сыроежки в хвое — мокрые, дырявые, на ржавых ножках. Он стал продираться на просвет. Тут и дождь зачастил, а потом сразу упал холодной стеной. Всё смерклось.

Он выбежал на полянку и увидел старую, одиноко стоящую ель. Побыстрей спрятался под нависшие лапы. Вода здесь ещё не проникала. Перевёл дух, передёрнулся от холода и огляделся.

К стволу с другой стороны был прибит кусок фанеры. Он обошёл ствол и прочитал полустёртую надпись:

Путник! Если тебя застигнет дождь в лесу,

в какой бы далёкой точке ты ни находился —

сразу беги сюда:

здесь собирается самое изысканное общество!

Георгий Владимирович вздрогнул и уставился на этот призыв. Перечитал его несколько раз… Потом осторожно выглянул из-под веток.

Ливень монотонно падал, но, кажется, начал терять силу. Прошло пятнадцать минут. Потом полчаса. Поляна дымилась и уже еле-еле шуршала под редкими каплями. Где-то выглянуло солнце и по верхам тумана скользнуло желтизной. Никто так и не пришёл. Георгий Владимирович подождал ещё минут пять и в неопределённой досаде, как будто его мило обманули, — так сказать, разыграли, — потащился, хлюпая резиновыми сапогами, назад в деревню.

Источник: http://lib.rus.ec/b/444104/read

Думай, что говоришь. 41 рассказ - Николай Байтов

Уровни интуиции

Интуиция может относиться к любому из тонких планов, поэтому правильно было бы рассматривать разные уровни интуиции. Интуиция эмоционального плана опирается на эмоциональные предпочтения, интуиция ментального плана связана с интеллектуальной аргументацией, интуиция событийного плана опирается на чувствование ближайших последствий выбора. Еще более тонкая интуиция опирается на чувствование стратегических последствий выбора и относится к ценностному плану. Такая интуиция возможна при высоких скоростях восприятия, когда разные, иногда противоречивые ценностные предпочтения должны мгновенно учитываться при выборе оптимального пути. 

Итак, существует интуиция разных тонких планов. Она впрямую связана с уровнями внутренней зрелости (подробнее о них см. следующую главу), которые и различаются по тому, на какой из тонких планов человек опирается. Как правило, человек не знает об источнике своей интуиции, не осознает его. Тогда каждое свое «интуитивное» решение он принимает за единственно возможное – независимо от опорного тонкого плана. Каждый может верить в свою интуицию, однако последствия интуитивных выборов будут различны – в зависимости от ее уровня. 

Инфантильная интуиция, опирающаяся на сенсорные и эмоциональные предпочтения, подсказывает такие решения, которые создают больше внутреннего эмоционального комфорта. Например, проект, который приятно выполнять, может оказаться для такого человека предпочтительнее, чем целесообразный или полезный проект. 

Соображения целесообразности и полезности относятся к ментальному плану. 

Более тонкая интуиция связана с категорией успешность (событийный план), особенно успешность в масштабных проектах. 

Еще более тонкая, ценностная интуиция опирается на категорию внутренней необходимости. Человек, ведомый такой интуицией, не обязательно стремится к успеху, иногда он способен принять поражение – если путь к успеху нарушает его внутреннюю целостность. Например, успех ценой предательства, чрезмерной жесткости к партнерам и подчиненным, или ценой потери свободы (отказа от какой-либо своей ценности). 

Такой человек ориентирован не столько на успех, сколько на самовыражение и самореализацию (ориентация на успех, скорее, связана с мотивом самоутверждения). Все решения такого человека обладают внутренней экологичностью. Это возможно при высоком уровне осознания себя, чувствовании своих ценностей и наличием воли, позволяющей следовать им. 

Путь такого человека уникален, каждый его шаг становится выражением миссии. Успех или поражение воспринимаются им как вехи пути, который сам по себе становится высшей ценностью. Интуитивные решения такого человека всегда неожиданны, иногда парадоксальны, обладают большой силой и обеспечивают стратегический успех в задачах, которые поставлены им самим.

Квантовая модель эволюции личности

Проблема по определению содержит решение в самой себе, но это решение недоступно до тех пор, пока не проделана вся описанная выше работа. Соответственно, не проделав такой работы, никогда невозможно предугадать (или спланировать), каким именно будет спрятанное в ней знание. При таком подходе каждая трудность в профессиональной и личной жизни рассматривается как большая ценность, так как содержит не только знание о том, что именно в человеке нуждается в немедленных изменениях, но также и потенциальную энергию для этих изменений и для понимания, как в данной ситуации поступить…

Речь идет о способности осознанно и произвольно изменять стратегии и стили мышления, поведенческие стереотипы, а также телесные ощущения и стереотипы эмоциональных переживаний, и делать это самостоятельно, без помощи специалистов. Воздействие на любую жизненную ситуацию и управление событиями осуществляется здесь не напрямую, а через воздействие на собственные состояния.

Таким образом, события внешней реальности становятся результатом внутренних изменений человека, которые, в свою очередь, определяются его внешними задачами. Поэтому данный подход особенно эффективен для тех, кто ведет активную социальную и деловую жизнь. Профессиональное и личностное развитие, а также восстановление и сохранение здоровья интегрируются в единый процесс – и полностью входят в сферу личной компетентности и ответственности.

Одновременно он учится самостоятельно управлять событийными потоками без насильственного воздействия на внешний мир. Трансформирующая активность практикующего направлена только на самого себя – но меняется и среда, с которой он взаимодействует. Она меняется в строгом соответствии с изменениями в человеке, т.к. система человек – среда пронизана неразрывными структурными связями.

Рассмотрим более подробно проявления разных типов энергии и отношений между ними.

Энергия Ци проявляется как состояние равновесия, в котором способность системы к активным изменениям (в ответ на внешние воздействия) уравновешивается процессами, ведущими к устойчивости и стабильности. Такая система способна к адекватному реагированию на любые внешнее изменения и, вместе с тем, сохраняет стабильность при их отсутствии. Энергия Ци проявляется как сочетание качеств спокойствия, стабильности, выдержки, восприимчивости, высокой чувствительности, с одной стороны, и активного волевого творческого начала с другой стороны. В случае распада энергии Ци система склонна к неадекватным реакциям на внешние воздействия: выдержка превращается в бездействие, а активность становится неуместной.

Энергия Инь в своем положительном значении (т.е. в состоянии взаимодействия с духом) проявляется в таких качествах, как постоянство, стабильность, восприимчивость, чувство внутренней опоры. В случае раскола эти качества энергии Инь вырождается в ригидность, медлительность, застревание, остановки, тревожность, неуверенность, страхи, отчаяние, безнадежность и другие подобные состояния.

Энергия Ян в своем положительном значении (т.е. в состоянии взаимодействия с материей) проявляется в таких качествах, как изменчивость, активность, воля, творчество, подвижность. В случае раскола энергия Ян проявляется как непостоянство, легкомыслие, поспешность, суета, директивность, давление, раздражительность, гневливость и т.д.

Любая жизненная проблема или стрессовая ситуация в этом случае может рассматриваться как «сгущенная» энергия (Ян или Инь), за которой стоит множество локальных напряжений в отношениях между людьми, информационные и событийные тупики и т.д. В этом случае необходимо осуществить процессы перераспределения энергии и ее трансформации, восстанавливая тем самым энергию Ци. В случае семейной проблемы или проблемы любого другого коллектива этот процесс, осуществляемый лидером с помощью специальных техник, приводит к снижению упомянутых выше локальных напряжений. При этом лидер достигает коллективного результата, хотя и не работает с каждым сотрудником и с каждой проблемой напрямую.

В случае организации, как изнутри нее, так и со стороны, коллективные изменения (перераспределение энергии) могут объективно восприниматься как повышение эффективности сотрудников, уровня их ответственности и мотивированности, улучшение отношений, стиля взаимодействий в организации и многое другое.

В случае отдельного человека это может восприниматься как улучшение состояния, снижение стресса, облегчение и устранение дискомфорта, возникновение новых идей, ясного понимания ситуации, ощущение вернувшейся силы, способности принимать точные решения и воздействовать на окружающий мир.

Применительно к коллективу также можно говорить о его эфирной энергии (какие ощущения вызывает контакт с данной группой людей, с клиентом, кем-то из внешних партнеров или с отдельным сотрудником на рабочем месте), об эмоциональной энергии («эмоциональный климат»), о ментальной энергии коллектива (мнения, принципы и убеждения, общность взглядов или противостояние), об энергии действий (каузальной энергии), энергии мотивов и миссии коллектива. Как уже сказано, каждый член коллектива может воспринимать эти типы энергии, переживая их как определенные тонкие телесные ощущения. Независимо от того, осознает человек эти энергии или нет, его профессиональная эффективность и результаты определяются качеством этих энергий в значительно большей степени, чем конкретными должностными инструкциями или формальными поощрениями и наказаниями.

Человек, владеющий управлением энергией, легко обнаруживает, что вместо специальных мер по улаживанию конфликта можно напрямую работать с энергией эмоций – результатом будет создание отношений сотрудничества; вместо напряженного размышления над проблемой можно совершать определенные манипуляции с ментальной энергией – результатом этого будут новые идеи; вместо специальных внешних усилий по организации событий и созданию мотивации можно напрямую работать с каузальной энергией и энергией мотивов (ценностного плана) – результатом будут новые поступки и шансы, повышение эффективности в реализации проектов, мотивированности каждого действия – и т.д. Во всех этих случаях ведется работа по трансформации и перестройке тончайших ощущений, определяющих то или иное состояние и – с помощью этого – по созданию особых ресурсных состояний, новых идей и способов достижения цели.

Особенно важно осознание разных типов энергии для человека, занимающего лидерские позиции в семье, группе или организации. Каким образом лидер может влиять на энергетическую обстановку в коллективе, работая с собственными ощущениями, будет обсуждаться ниже. Пока заметим только, что обладающий такими навыками лидер способен осознавать любую проблему в бизнесе как дефицит энергии определенного типа и решать внешние проблемы, используя методы трансформации энергии и управления ее движением. В предлагаемой здесь технологии это управление осуществляется с помощью приемов концентрации и расфокусировки внимания, а также некоторых вытекающих из этого внешних действий и поведенческих стереотипов.

Раскол энергии Ци как рождение конфликта

Как уже сказано, распад энергии Ци внутри замкнутой (целостной) системы, например, в системах сознание – бессознательное, мужчина – женщина, родитель – ребенок, лидер – команда всегда возникает в результате сильных внешних воздействий, приводящих к состоянию стресса. Результатом распада является появление двух полярных типов энергии – Инь и Ян, которым соответствуют два полярных типа психоэмоциональных состояний.

Следует подчеркнуть, что оба типа энергии остаются в системе. В случае отдельного человека речь идет о системе сознание – бессознательное. Один тип энергии оказывается проявлен и, как правило, осознается, в то время как противоположный вытесняется в бессознательное (кажется неактуальным, подавляется либо скрывается) и представлен как фон. Например, человек может демонстрировать излишнее давление на окружающих, жесткий контроль, неспособность к делегированию полномочий (янская энергия) на фоне подавленных тревоги, недоверия, растерянности (иньская энергия). Такое состояние мы будем называть внутренним конфликтом.

Иньская и янская часть эмоций обязательно представлена в конфликте: это и есть результат раскола, который всегда представлен двумя компонентами. При этом компоненты меняются местами, переходя из сознания в бессознательное, как уже упоминалось выше. Тогда, если это длящийся конфликт, человек планомерно (следуя собственному стереотипу проживания конфликта) переходит из обиды в гнев, из гнева в тревогу, из тревоги в ярость, потом опять в обиду, и это может, чередуясь, продолжаться достаточно длительное время (см. рис. 17).

В случае внутреннего конфликта человек ведет бесконечные внутренние диалоги и в конце концов находит подходящий вариант: либо все бросить («забыть», «простить»), либо найти какие-то внутренние аргументы, которые как будто бы успокаивают. И то, и другое – способ вытеснить конфликт в бессознательное. Реальная интеграция происходит только тогда, когда человек не пытается себя утешить и найти выход, т.е. ослабить переживание, а осуществляет интеграцию осознанно, т.е. наоборот, усиливает одну эмоцию, потом другую – и, наконец, достигает полного спокойствия по поводу возникшей проблемы.

В случае внешнего конфликта возможен следующий шаг – совместная с партнером ментальная медитация: поиски выхода или совместной позиции. Не компромисса, а такого шага, который удовлетворил бы обе стороны; важно, что такой шаг всегда существует, но в ситуации раскола на него не хватает энергии. Именно эта недостающая часть энергии Ци восстанавливается в процессе интеграции эмоций. После этого путь решения проблемы (т.е. упомянутый выше совместный шаг) легко осознается.

В случае внутреннего конфликта следующим (после интеграции) шагом является переживание состояния энергии Ци, которое может проявиться в форме остановки внутреннего диалога с последующим озарением по поводу решения проблемы. Такое озарение – аналог вспышки света, сопровождающей процесс аннигиляции заряженных частиц.




Считается, что взрослый человек не только должен, но и может «владеть собой». Однако это (с благословения социума) осуществляется за счет полуосознанной эксплуатации защитных психических механизмов, открытых еще Фрейдом (вытеснение, отрицание, подавление, замещение, проекция, рационализация, избегание, регрессия и т.д.) и вовсе не является управлением эмоциями. Человек, не имея возможности преобразовать актуальное страдание в ресурс, привлекает ресурс извне и прячет страдание под ним, или отвлекает себя от страдания, волевым усилием фиксируя внимание на привлеченном ресурсе либо просто рассеивая внимание. Существует ряд мощных техник этого типа; некоторые из них рассматриваются в классическом коде НЛП.

Что при этом происходит? Любая сильная эмоция возникает, как уже говорилось, в результате раскола эмоциональной части чистого осознавания, т.е. астральной энергии Ци. При этом для внешнего наблюдателя и для сознания самого человека существует только одна часть расколотой энергии Ци – иньская или янская. Другая часть, с противоположным зарядом, переживается неосознанно и может остаться незаметной как для самого человека, так и для внешнего наблюдателя. Следующий шаг социально адаптированного, т.е. «владеющего собой» человека, – взять осознаваемую эмоцию и любыми способами спрятать ее в подсознание. Например, он делает несколько дыхательных упражнений, или выезжает на природу, или произносит ритуальные слова прощения – и все, он спокоен. Он действительно спокоен – до того момента, когда обстоятельства снова столкнут его с подобным переживанием; вытесненные эмоции мощно срезонируют с новыми, им подобными – и эмоциональный взрыв будет даже более мощным, чем в предыдущий раз, потому что «сколько же можно терпеть такое», и «есть же предел человеческому терпению». Достаточно просто напомнить, вызвать яркий образ вытесненного переживания, как из подсознания вырвутся – прекрасно там сохранившиеся – обе эмоции: иньская и янская. С такими расколами, полностью упрятанными в подсознание и постоянно стучащимися оттуда в виде кошмарных сновидений, вялости, подавленности, физических заболеваний, принято жить месяцами и годами. Кроме того, неосознаваемые внутренние расколы проецируются вовне, вновь и вновь раскалывая дальнейшие отношения и поддерживая хроническое непонимание между людьми,

Трансформация энергии стресса или любого дискомфорта, одной из форм которой является описанная здесь техника усиления эмоций, представляет собой принципиально другой процесс и, соответственно, приводит к принципиально другим результатам. Вместо того, чтобы консервировать раскол в подсознании, мы осуществляем интеграцию, возвращая в итоге чистое осознание, энергию Ци. После такой работы не остается ни сознательной, ни бессознательной эмоциональной вовлеченности в данное событие. Полностью исчезают связанные с ним эмоциональная память и внутренний диалог.

Способность не допускать превращения виртуальных расколов в реальные или быстро восстанавливать энергию Ци субъективно воспринимается как способность быстро решать проблемы. Здесь она определяется как личная сила человека (подробнее см. ниже); возрастающий в процессе выполнения практик уровень личной силы позволяет сохранять спокойствие и адекватность реакций во все более сложных и быстро меняющихся внешних условиях.

В данном подходе используется другой способ достижения результатов, учитывающий принцип неопределенности: вместо того, чтобы намечать шаги, ведущие к цели, создают психоэмоциональное состояние, которое позволит действовать наиболее адекватно. Это и есть ведущий принцип управления в квантовом мире: для того, чтобы квантовый объект предъявил наблюдателю ожидаемое значение измеряемого параметра, необходимо не столько «навязывать» ему это значение параметра, сколько подготовить состояние, в котором желаемое значение параметра может реализоваться с наибольшей вероятностью (например, квантовый объект окажется в заданной точке). Таким образом, управление осуществляется через создание состояния.

При таком подходе к решению проблем большая часть активности переносится с внешней территории во внутреннюю. Вместо техник целеполагания и планирования (содержательная ментальная активность, направленная на внешние цели; в данном подходе она рассматривается как внешняя активность) здесь используются практики трансформации энергии и создания адекватного психоэмоционального состояния (внутренняя активность), после чего спонтанно возникает способность к адекватным внешним действиям. В том случае, если ставится задача исцеления, практики могут целиком заменять обычные виды внешнего воздействия на тело (диагноз, питание, лекарства, диета и т.д.); многолетний экспериментальный опыт нашей экспериментальной группы показал, что под воздействием энергетических практик в процессе создания «правильного» состояния тело спонтанно излечивается. Излечиваются не только острые симптомы, но и хронические заболевания.

Аналогичное утверждение делается относительно объектов тонкого плана: их динамика, заданная процессом системной трансформации, относится именно к такому типу. Свойство самонастройки в этом процессе означает, что, каково бы ни было исходное проблемное состояние и интенсивность его переживания (болезнь, эмоциональный конфликт, страх, тупик в бизнесе и т.д.), результатом системной трансформации для каждой проблемы будет особое, изначально заданное и подсознательно известное («известное Богу») психоэмоциональное состояние, которое само по себе является ее решением, либо с максимальной вероятностью порождает наиболее адекватный способ ее решения.

Другими словами, существует эталонное для данного контекста состояние, а все отличающиеся от него состояния являются отклонениями от «индивидуальной нормы».

Бердяев, О назначении человека

 Человек защищается от хаоса своего подсознательного цензурой сознания. И эта цензура была так строга, что человек потерял способность исследовать и понимать свое подсознательное. Он пережил длительный период диктатуры сознания. Человек есть существо страстное и легко опрокидывающееся и проваливающееся в бездну. И он принужден сознанием защищаться от бездны подсознательного. Корни человеческого существа уходят в добытийственную бездну, в бездонную, меоническую свободу, и в борьбе за личность, за Божью идею человек должен был вырабатывать сознание с его границами, освещать тьму, проводить через цензуру сознания подсознательные влечения и инстинкты. В человеке есть демоническое начало, потому что в нем есть бездна, есть бездонная свобода, и человек может эту бездну предпочесть Богу.

Юнг, Дух и жизнь.

Моя жизнь бедна внешними событиями. Я не могу рассказать о них ничего особенного, ибо они кажутся мне незначительными и бессодержательными. Я могу понять себя только в свете 

событий внутренней жизни. Именно они определяют  неповторимость моей жизни, и именно им посвящена моя автобиография.

Где-то в глубине у меня сохранялось знание о том, что я представляю собой две личности. Одна из них есть сын моих родителей — менее умный, внимательный, трудолюбивый, благонравный и чистоплотный, нежели многие другие школьники; что же касается второй личности, то это взрослый, даже старый человек,  скептичный, недоверчивый, чурающийся мира людей, но близкий к природе, земле, солнцу, луне, стихиям, ко всему живому, но прежде всего — к ночи, сновидениям и к тому, что непосредственно пробуждается в нем «Богом». Слово «Бог» я здесь беру в  кавычки, ибо природа казалась мне чем-то оставленным Богом, «небожественным», подобно мне самому, хотя и созданным Им с целью выразить Себя.

Мне казалось, что долг человека — постоянно исследовать волю Бога.

Из  философов девятнадцатого века Гегель оттолкнул меня своим  языком — столь же высокомерным, сколь и вымученным; я отнесся к нему с откровенным недоверием. Он производил впечатление человека, запертого в здании собственных словес и напыщенно жестикулирующего в этой тюрьме.

 Когда фантазии полились беспрерывным потоком, мне ничего не оставалось, кроме как сохранять ясность ума и стараться их понять. Беспомощный, я стоял на пороге чуждого мира; все в нем казалось непостижимым. Я жил в постоянном  напряжении; часто у меня возникало ощущение, будто на меня падают гигантские глыбы. Бури следовали одна за другой. Выдержать этот натиск мне могла помочь только грубая сила. Многих — в том числе Ницше и Гельдерлина — он смял и уничтожил. Но во мне была какая-то демоническая сила, и с самого начала я не сомневался, что найду смысл того, что переживаю в этих  фантазиях. Подвергаясь атакам со стороны бессознательного, я ни на мгновение не терял уверенности, что подчиняюсь высшей воле; и это чувство продолжало поддерживать меня, пока я, наконец, не осознал задачу и не подчинил ее себе полностью.

Поскольку мне удавалось переводить эмоции в образы — то есть обнаруживать образы, скрытые в эмоциях, — я достигал внутреннего успокоения и уверенности в себе.

С самого начала я решил, что, вступая в контакт с собственным бессознательным, я ставлю на себе эксперимент, в результатах которого жизненно заинтересован. Теперь я вижу, что это

действительно был научный эксперимент. Сложнее всего было справиться с собственными негативными чувствами. Я умышленно подчинял себя действию эмоций, которые никоим 

образом не были мне приятны, и записывал фантазии, часто удивлявшие меня своей бессмысленностью и вызывавшие у меня активное сопротивление. Пока мы не понимаем смысла подобных фантазий, они кажутся нам дьявольской смесью возвышенного и смешного. Мне они очень дорого обошлись, но то был вызов судьбы. Лишь ценой неимоверных усилий я в конце концов сумел выкарабкаться из этого лабиринта.

Юхан Борген, Трилогия о Маленьком Лорде

Часть вторая. Темные источники.

_______

Метрдотель Валдемар Матиссен, по прозвищу Индюк, стоял в своем маленьком закутке, наблюдая за посетителями. Он стоял за высокой конторкой, спиной к залу ресторана и видел все. Над конторкой и вдоль стен его маленькой каюты была оборудована целая система зеркал, которые рассказывали ему обо всем происходящем в зале. Кое-что он видел через зеркала, вделанные в стены самого ресторана — таким образом отражение получалось двойным. Многое из того, что определяло жизнь метрдотеля, представало перед ним отраженным, иной раз даже дважды. Таким образом, большую часть времени он существовал в мире, перевернутом справа налево, и, когда, поворачиваясь лицом к залу, лицезрел ресторанную суматоху прямо перед собой, она казалась ему менее реальной.

К.Г. Юнг, Красная книга

Дух глубин взял мое понимание и все мое знание и поставил их на службу невыразимого и парадоксального. Он лишил меня речи и письма обо всем, что не служит ему, а именно сплавив вместе осмысленное и бессмысленное, что производит высший смысл.Если он не найдет души, им овладеет ужас пустоты, и страх погонит его кнутом времени обратно в отчаянной попытке и слепом желании пустых вещей мира. С этим бесконечным желанием он станет глупцом, забудет путь своей души, и никогда не найдет ее снова. Он погонится за всеми вещами, и будет хвататься за них, но не найдет души, потому что найти ее можно только в себе. Истинно, его душа лежит в вещах и людях, но слепой овладевает вещами и людьми, а не душой в вещах и людях. Он не знает своей души. Как ему отделить ее от вещей и людей? Он может найти душу в самом желании, но не в объектах желания. Если он обладает желанием, и желание не обладает им, он прикоснется к душе, поскольку его желание – образ и выражение его души.

Как усталый странник, не искавший в мире ничего, кроме нее, должен я подойти к своей душе. Я должен понять, что моя душа, наконец, находится по ту сторону всего, и если я пересекаю мир, я в конечном счете делаю это для того, чтобы найти свою душу. Даже самые дорогие люди сами по себе не цель и венец любви, которая продолжает искать – они символы собственных душ.

Христос полностью преодолел искушение дьявола, но не искушение Бога к добру и смыслу. Так Христос предался проклятию.

Г. Майринк, Белый доминиканец

Все то, что происходит в мире - Веление вечного закона И нет
тщеславней заблуждения, чем мнить себя творцом событий...

Для тех, кто слишком высоко ценит разум, утверждение, что человек - это
всего лишь марионетка, конечно, покажется отвратительной.

Я хочу научить тебя молиться. Никто из них не знает, как следует молиться. Это надо делать не словами, а руками. Тот, кто молится словами, просит милостыню. Человек не должен просить. Твой Дух уже знает заранее, что тебе необходимо. Когда две ладони соприкасаются друг с другом, левая половина в человеке замыкается через правую, образуя цепь. Таким образом тело прочно связано, и из кончиков пальцев обращенных кверху, свободно взвивается вверх пламя... Это тайна молитвы, которую не найдешь ни в одной из Священных Книг.

Большаков А. О. Человек и его двойник. СПб., 2001

Согласно «Мемфисскому трактату», весь мир создан богом PtH путем называния вслух вещей, т. е. давания им имен, создания их rnw. Сущность этого представления была
выявлена уже одним из первых исследователей текста, Г. Масперо, который изложил свое понимание следующим образом: «Согласно нашему автору, всякое творческое действие должно исходить от сердца и от языка — произнесенное про себя обдумывается, а затем выражается в словах. Высказано твердое убеждение в силе этого "внутреннего слова" и в необходимости повторения или объяснения языком того, что сформулировано в сердце и выражено в словах. Иначе говоря, звук, облеченный в слово, обладает высшим могуществом.
Вещи и существа, названные про себя, существуют только в потенции: чтобы они существовали в действительности, их надо произнести, назвать их имена. Ничто ни существует, не получив предварительно своего названия, произнесенного вслух» [Maspero,1902, р. 175]. Таким образом, в «Трактате» достаточно своеобразная египетская гносеология превращается в онтологию; то, как человек воспринимает окружающий мир, в приложении к божеству оказывается способом создания этого мира.

http://www.egyptology.ru/scarcebooks.htm

Х.Л.Борхес

Сад расходящихся тропок

Под купами английских деревьев я замечтался об этом утраченном лабиринте: нетронутый и безупречный, он представился мне стоящим на потаенной горной вершине, затерявшимся среди рисовых полей или в глубинах вод, беспредельным — не просто с восьмигранными киосками и дорожками, ведущими по кругу, но с целыми реками, провинциями, государствами. Я подумал о лабиринте лабиринтов, о петляющем и растущем лабиринте, который охватывал бы прошедшее и грядущее и каким-то чудом вмещал всю Вселенную. Поглощенный призрачными образами, я забыл свою участь беглеца и, потеряв ощущение времени, почувствовал себя самим сознанием мира. Я попросту воспринимал это смутное, живущее своей жизнью поле, луну, последние отсветы заката и мягкий спуск, отгонявший даже мысль об усталости. Вечер стоял задушевный, бескрайний. Дорога сбегала и ветвилась по уже затуманившимся лугам. Высокие, будто скандируемые ноты то вдруг наплывали, то вновь отдалялись с колыханием ветра, скраденные листвой и расстоянием. Я подумал, что врагами человека могут быть только люди, люди той или иной земли, но не сама земля с ее светляками, звуками ее языка, садами, водами, закатами.

Г.Гессе "Степной волк"

Никогда не забуду нашей первой более личной встречи. Мы были знакомы лишь шапочно, как бывают знакомы между собой соседи, живущие в одном доме. Однажды вечером, возвращаясь из конторы, я, к своему удивлению, застал господина Галлера сидящим на лестничной площадке между вторым и третьим этажом. Он сидел на верхней ступеньке и подвинулся в сторону, чтобы меня пропустить. Я спросил его, не чувствует ли он себя плохо, и предложил ему проводить его до самого верха.
Галлер посмотрел на меня, и я понял, что вывел его из какого-то сонного состояния. Он медленно улыбнулся своей красивой и грустной улыбкой, которой так часто надрывал мне сердце, а потом пригласил меня сесть рядом с ним. Я поблагодарил и сказал, что не привык сидеть на лестнице перед чужими квартирами.
-- Ах да, -- сказал он и улыбнулся еще раз. -- Вы правы. Но погодите минутку, я покажу вам, почему я здесь присел.
Тут он указал на площадку перед квартирой второго этажа, где жила одна вдова. На крошечном пятачке паркета между лестницей, окном и застекленной дверью стоял у стены высокий шкаф красного дерева со старинными оловянными украшениями, а на полу перед шкафом, в больших горшках на двух низких подставочках, стояли два растения, азалия и араукария. Растения выглядели красиво и содержались всегда безупречно опрятно, что я уже с удовольствием отмечал.
-- Видите, -- продолжал Галлер, -- эта площадочка с араукарией, здесь такой дивный запах, что я часто прямо-таки не в силах пройти мимо, не помешкав минутку. У вашей тетушки тоже все благоухает и царят порядок и чистота, но эта вот площадочка с араукарией -- она так сверкающе чиста, так вытерта, натерта и вымыта, так неприкосновенно опрятна, что просто сияет. Мне всегда хочется здесь надышаться -- чувствуете, как здесь пахнет? Как этот запах воска, которым натерт пол, и слабый привкус скипидара вместе с красным деревом, промытыми листьями растений и всем прочим создают благоухание, создают высшее выражение мещанской чистоты, тщательности и точности, исполнения долга и верности в малом. Не знаю, кто здесь живет, но за этой стеклянной дверью должен быть рай чистоты, мещанства без единой пылинки, рай порядка и боязливо-трогательной преданности маленьким привычкам и обязанностям.

Ж.П.Сартр "Тошнота"

Теперь я не думаю ни о ком; я даже не ищу слов. Это перетекает во мне то быстрее, то медленнее, я не стараюсь ничего закреплять, течет, ну и пусть себе. Оттого что мысли мои не облекаются в слова, чаще всего они остаются хлопьями тумана. Они принимают смутные, причудливые формы, набегают одна на другую, и я тотчас их забываю.

Эти парни меня восхищают: прихлебывая свой кофе, они рассказывают друг другу истории, четкие и правдоподобные. Спросите их, что они делали вчера, – они ничуть не смутятся, в двух словах они вам все объяснят. Я бы на их месте начал мямлить. Правда и то, что уже давным-давно ни одна душа не интересуется, как я провожу время. Когда живешь один, вообще забываешь, что значит рассказывать: правдоподобные истории исчезают вместе с друзьями. События тоже текут мимо: откуда ни возьмись появляются люди, что-то говорят, потом уходят, и ты барахтаешься в историях без начала и конца – свидетель из тебя был бы никудышный. Зато все неправдоподобное, все то, во что не поверят ни в одном кафе, – этого хоть пруд пруди. Вот, к примеру, в субботу, часа в четыре пополудни, по краю деревянного настила возле площадки, где строят новый вокзал, бежала, пятясь, маленькая женщина в голубом и смеялась, махая платком. В это же самое время за угол этой улицы, насвистывая, сворачивал негр в плаще кремового цвета и зеленой шляпе. Женщина, все так же пятясь, налетела на него под фонарем, который подвешен к дощатому забору и который зажигают по вечерам. Таким образом здесь оказались сразу: резко пахнущий сырым деревом забор, фонарь, славная белокурая малютка в голубом в объятьях негра под пламенеющим небом. Будь нас четверо или пятеро, мы, наверно, отметили бы это столкновение, эти нежные краски, красивое голубое пальто, похожее на пуховую перинку, светлый плащ, красные стекла фонаря, мы посмеялись бы над растерянным выражением двух детских лиц.

Но одинокого человека редко тянет засмеяться – группа приобрела для меня на миг острый, даже свирепый, хотя и чистый смысл. Потом она распалась, остался только фонарь, забор и небо – это тоже было все еще довольно красиво. Час спустя зажгли фонарь, поднялся ветер, небо почернело – и все исчезло.
________

Г.Миллер " Тропик Рака"

Борис как на иголках. В любой момент может появиться его жена. Она весит больше восьмидесяти килограммов, эта дама. Борис весь умещается у нее на ладони. Такова ситуация. Он объясняет мне все это, когда мы возвращаемся вечером домой. Все, что он Говорит, трагично, но и смешно, и я не могу сдержаться и смеюсь ему в лицо. "Почему ты смеешься?" - спрашивает Борис серьезно, но тут же начинает смеяться сам; он смеется со всхлипами, истерическими взвизгами, смеется, как беспомощный мальчик, который понимает, что, сколько бы он ни напялил на себя сюртуков, из него никогда не получится настоящий мужчина. Борис мечтает сбежать и изменить имя. "Пусть эта корова забирает все, -хнычет он, -только пусть оставит меня в покое". Но прежде ему надо сдать квартиру, подписать документы и выполнить тысячи формальностей, для чего он и держит сюртук. Размеры этой женщины грандиозны. Они-то и пугают его более всего прочего. Если бы он вдруг увидел ее сейчас стоящей на ступенях, то, вероятно, упал бы в обморок. Вот как он ее уважает!

Владимир Орлов "Шеврикука, или Любовь к привидению"

Но судить о его сути, лоботряс он или не лоботряс, мог лишь он сам, а не всякие жующие пастилу чины с плоеными кружевами у шей (от испанских грандов, что ли, или от лотарингских гуманистов? Кому-то ведь, начитанному, ударило в голову, и зазвенели коклюшки).

Москва им представлялась в их запечьях и закутках Вертоградом многоцветным, где и стоило осуществлять служебное рвение, растеплять потухшие было привычки и предания в надежде, что тут- то -- и нигде более -- накормят пряником и наградят серебряной ложкой.



А теперь-то, когда Москва уже и не проходной, а пролетный двор, сосуд суеты, куда можно плюнуть, но плюют на тротуар; скопище людей, где сосед не знает соседа, где полно заезжих зевак, добытчиков с сумой на колесах, трибунов при микрофонах, командированных усовершенствователей народного блага, негодяев с автоматами, ножами и взрывными устройствами, виртуозов наперстка, летучего жулья, купцов с вареными штанами, бомжей, пришельцев, -- чего теперь-то было опасаться в прогулках по городу домовому Шеврикуке?